Кимры – Крымск – Кимры: трагедия глазами волонтеров - Кимры Сегодня

Кимры – Крымск – Кимры: трагедия глазами волонтеров

О трагедии на Кубани кимряк Андрей Громов узнал из выпуска новостей. Первое ощущение – шок, все вокруг словно замирает и начинается водоворот мыслей, каждая из которых сводится к одному: как помочь? Ответ пришел сразу, когда Владимир Рыжиков, увидев на сайте джип-клуба «Лебедушка» сообщение о наборе добровольцев для поездки в Краснодарский край, рассказал об этом Андрею и Александру Лебедеву. Так началось почти недельное волонтерство друзей в Крымске.

11 июля кимряки прибыли в Раменский аэропорт, чтобы вместе с добровольцами из Твери и Торжка улететь в пострадавший район. Вылет задержался почти на сутки: первым бортом отправились ребята из общественного поискового отряда «Лиза Алерт», остальные ждали прибытия второго самолета, поэтому ночь пришлось провести в аэропорту.

ДРУГОЙ МИР

Самолет МЧС с волонтерами приземлился в Геленджике на следующий день. Ребята выгрузили свои внедорожники, на которых экипажу предстояло самостоятельно добраться до затопленного города. Однако в дороге произошла небольшая поломка автомобиля, поэтому в Крымск машина с кимряками прибыла затемно.

В город въехали через мост – по самой первой от реки улице. Крымск встретил горами мусора на обочине и ужасным запахом тлена, несмотря на то, что к тому времени основную часть погибших людей уже нашли. А вот разлагающийся скот убирать не смогли, не до него в первый момент было…

«Ощущение, как будто ты попал в другой мир, кругом атмосфера отчужденности и пустоты, словно оказался в пораженной страшной инфекцией зоне, – рассказывает Андрей Громов. – Фильм «Сталкер» помните? Та же черно-белая реальность, то же нависшее чувство страха и обреченности».

Пока добирались до центра, видели пострадавших от наводнения людей. Они сидели не в домах и даже не во дворах, потому что от них ничего не осталось, а прямо на обочинах дороги – потерявшиеся, опустошенные, без надежды на хоть какое-то улучшение ситуации.

«Запомнился один мужик. Он сидел метрах в десяти от дороги, а рядом с ним в одной большой куче была свалена одежда, сломанная мебель, телевизор… Но он словно не замечал ничего и только смотрел сквозь пламя горящего костра, не шевелясь и будто не дыша. Ему было всё равно, что происходит вокруг, его уже ничего не интересовало – всё, что осталось у человека от прошлой жизни, лежало теперь грудой мусора. И в этой ночной тишине его пустой взгляд был настолько страшен, что пробирал до мурашек, – вспоминает Андрей. – Мы притормозили, но даже не нашлись, что сказать, чем утешить – просто смотрели на этого «живого мертвеца».

Совсем иная картина предстает, когда приближаешься к другой части города, что расположена выше. Примерно половина Крымска пострадала от наводнения не так сильно: город находится на холмах, и в этой его части люди живут своей привычной жизнью. Работают кафе, продуктовые магазинчики и ларьки – так же, как и до катастрофы. Правда, цены на продукты и особенно на воду резко подскочили. В Крымске не работал водопровод. Подозрение, что в воду попала инфекция и продукты гниения, заставили коммунальщиков ее отключить. Пить разрешалось только бутилированную воду.

Крымск поражал контрастами: где-то люди спали на стульях под открытым небом, где-то в барах кипела ночная жизнь, разорванные пополам, автомобили и нетронутые стихией подсолнухи, возвышающиеся над вырванными с корнями деревьями, трупы животных в воде и два белых лебедя среди плавающих обломков прошлой жизни… Здесь – жизнь, а за поворотом – уже ничего нет.

Кимрские волонтеры в составе группы добровольцев из тверского джип-клуба «Лебёдушка» помогали преодолевать последствия наводнения.

ЧУЖАЯ БОЛЬ – ОБЩАЯ БЕДА

«Представьте силу воды, которая пробивала не только мазанки, но и кирпичные стены. Когда мы приехали, то увидели сплошное месиво из деревьев, обломков домов, мебели, мусора и трупов животных, – рассказывает Андрей Громов. – Из-за неимоверной жары тела погибших людей и животных быстро разлагаются, перетираются, превращаясь в пыль, поэтому работать можно только в респираторных масках, да и те не особо спасают. Одной такой маски хватает от силы на полчаса, а когда одеваешь новую – она уже пропитана запахом гниения, витающим вокруг».

С рассветом волонтеры из лагеря идут разбирать завалы. Кто-то отправляется по уже запланированному маршруту, а кто-то просто едет в отдаленные части Крымска – до тех, куда раньше не добрались спасатели.

«Про некоторые улицы местные власти попросту забыли, – сокрушается Андрей. – Например, прибрежные, которые первыми приняли на себя удар стихии. Когда пострадавшие звонили в администрацию с просьбами о помощи, им отвечали, что они попросту не числятся в официальных списках».

Не хочется говорить о различных слухах, трактующих причину трагедии, рассуждать о бездействии властей. Не хочется рассказывать о числе жертв наводнения, хотя и волонтеры, и местные жители в одни голос уверяют: цифры по официальной версии и реальное число жертв отличаются в десятки, если не в сотни раз.

Андрей Громов

«Я считаю, никакого официального оповещения не было, – рассуждает Андрей. – Да и как люди могли увидеть бегущую строку, которую якобы пустили в эфир, если за час до трагедии света в городе уже не было. Многих спасли предупреждения от родственников и друзей, живущих в верхней части города. Кто-то случайно выходил вечером во двор и видел быстро поднимающийся уровень воды, успевал собрать самое необходимое и уехать в безопасное место или же забирался на крыши домов. Но говорить, что причина трагедии – водохранилище, на котором открыли шлюзы, было бы тоже неверно. Я считаю, причиной трагедии стали осадки и сошедший с гор сель. Однако таких масштабов катастрофы всё же можно было избежать, если бы местные власти вовремя чистили русла рек».

В зоне трагедии все эти вещи и разговоры отошли на второй план. Гораздо важнее было помочь нуждающимся и восстановить то, что еще можно было спасти.

Из лагеря, где расположились кимрские волонтеры, парней направили развезти гуманитарную помощь пострадавшим в труднодоступных районах. Основное, в чем нуждались жители, – вода.

«Наша машина была, так сказать, в свободном поиске – куда поехали, там и помогали. В первый день вообще полмашины привезли обратно. Никто ничего не хотел брать. У людей всё смыло, нет домов, а они возделывают огороды. Им просто больше ничего не остается, они живут здесь, и большинство не уедет даже после этой катастрофы. Детям отдавали сгущенку, а вот тушенка осталась практически вся, порой приходилось чуть ли не упрашивать, чтобы взяли хоть что-то. Единственное, что всегда пользовалось спросом, – вода и моющие средства».

ТАКОЕ РАЗНОЕ ГОРЕ

Ситуация в Крымске, конечно, чудовищная. Но еще более страшным на фоне общего бедствия стал человеческий эгоизм и алчность. Многие жители откровенно пользовались помощью добровольцев в корыстных целях.

«Когда мы развозили продукты и одежду, из домов к нам навстречу выбегали люди и просили дать хоть что-нибудь, ведь они тоже пострадали от наводнения, – говорит Андрей. – Один мужчина вообще заявил, что у него смыло чуть ли не последние макароны с кухни… Подъезжаем к его дому, а перед ним – совсем не пострадавший джип, да и дом вполне себе стоит без какой-либо претензии на ущербность. В общем, наглости некоторым не занимать. Зато в другом месте увидели обратную картину: несчастная, сгорбленная бабушка, у которой снесло половину дома. Мы подходим, предлагаем помощь, еду и одежду, а она так спокойно отвечает: «Да мне ничего не надо, идите к соседям – им хуже». Вот и получается, что люди, у которых ничего и никого не осталось, всё равно остаются людьми».

Кстати, на одной из городских улиц к машине наших ребят подбежал мужчина, заприметив на машине знакомую надпись «Кимры». Как выяснилось позже, мужчина переехал в Крымск из нашего города меньше года назад, до этого восемь лет проработав в Горгазе. Чудом оставшись в живых, он был безумно рад увидеть своих земляков.

Слева направо: Павлов Евгений (Тверь), Лебедев Александр, Шантурин Владимир (Торжок), Громов Андрей, Рыжиков Владимир

Несмотря на то, что эта трагедия унесла сотни жизней, она заставила нас снова почувствовать себя людьми, снова научиться сопереживать.

В Кимры ребята вернулись уставшие и подавленные. Помогли чем смогли, работали не за «спасибо», а потому, что ощущали потребность помочь чужому горю. Волонтеры – вообще народ удивительный. Они приехали сюда по собственному желанию, готовы были работать за идею и работать долго. Работа грязная, тяжелая и далеко не героическая, но такая нужная. Беда и желание помочь объединяют всех. Даже официальные структуры признали: волонтеры делали невозможное.

«До сих пор вспоминаем того мужика у костра с пустым взглядом, – говорит Андрей. – Вот оно, настоящее лицо трагедии. На полное восстановление города уйдет, наверно, несколько месяцев, а вот душевные раны будут давать о себе знать еще очень долго».

Лера ЗАЙЦЕВА

Фото из архива А. Громова

Похожие статьи

2 Comments on “Кимры – Крымск – Кимры: трагедия глазами волонтеров

Оставьте ответ

Войти с помощью: 
Проверка PR и ТИЦ Яндекс.Метрика